Контактные телефоны: +375-33-661-95-93

kastrya68@tut.by

Рецензии на книги детского писателя Кастрючина Валерия:


Валерий КАСТРЮЧИН. «Чудесные острова». Рассказы, лирические миниатюры и сказки. Минск, «Юнацтва», 1986 г.

chudostr

В поисках чудесных островов

Помню, в то далекое время я работала в журнале «Работніца і сялянка» – и однажды заглянул ко мне худощавый, одетый в скромную одежку подросток. Назвался Валерием Кастрючиным. Жил он и учился в школе под Несвижем. Биография Валерия шла в то время рядом, конечно, с биографией его родителей. И вот судьба отца-сибиряка привела семью в Белоруссию. Тут, можно сказать, сразу этот русский мальчик переключился на белорусский язык, успешно окончил Городейскую среднюю школу и так же успешно сдал экзамены на белорусское отделение БГУ имени В. И. Ленина. Но это было чуть попозже.

Ко мне же в редакцию тот десятиклассник приехал не просто так. А привез свой коротенький рассказ. Я хорошо помню «Борькину дольку» и сегодня. Помню, как нежданно удивилась и обрадовалась такой непосредственности и исключительной точности наблюдений. Такой взрослой и художественно осмысленной способности объяснить поведение маленькой живности – лесного муравья – рядом с человеком…

После прочтения этого рассказа осталась светлая радость: какой же прекрасный и неповторимый мир матери-природы нас окружает! Как возвышает он нас и делает лучше, добрее!

И тот, кто умеет читать, разгадывать и понимать этот мир – счастливый человек! А когда он еще умеет и художественным словом выразить свое восхищение, про этого человека мы, наверное, можем сказать, что он – писатель. В полной мере отношу эти слова к Валерию Кастрючину.

Стихия его творчества – наша праматерь природа. Ее богатства, ее доброта и живительная сила – только сам иди на встречу к ней с добрыми помыслами.

Валерий Кастрючин владеет счастливым даром – открывать то, что для многих сокрыто, что называется Тайной. У него есть свои чудесные острова. Они в книжках для детей «Березкины одежки», «Лосиный гриб», «Сказки лесной полянки», «Чудесные острова» и других.

Автор рецензии: Алена ВАСИЛЕВИЧ, лауреат Государственной премии БССР. («Знамя юности», №74, 1988г.)


 

Валерий Кастрючин. ЧУДЕСНЫЕ ОСТРОВА. Рассказы о животных. Для детей младшего школьного возраста. Мн.: Литература и Искусство, 2008.

chudostr2Страницы счастливых мгновений.

Прочитал недавно в «Книжном обозрении»:

«Новое направление в литературе создается по-разно­му, но чаще всего взрывом», — сказала литературовед, крупнейший специалист по истории детской литера­туры Евгения Путулова и привела примеры «взрывателей»: Чуковского, Маршака, Голявкина, Григорьева. Все они положили начало «мощной литературной традиции». Оглядываясь на белорусскую детскую литературу минувшего столетия, задумыва­юсь: а кто же у нас «взрывал» сознание юных читателей, создавал традицию. Янка Мавр своими «Полесскими робинзонами»? Михась Лыньков «Миколкой-паровозом»? Алесь Якимович, Алена Василевич, Микола Гамолка, Владимир Шаховец, Иван Серков, Василь Витка, Павел Мисько, Микола Чернявский? Кто сильнее других заставлял или еще продолжает заставлять ребятню волноваться, переживать, а может, — и плакать? Вопрос — из числа сложных. По-разному ответят на него малыши и подростки, родители и педагоги, литературоведы и библиотекари. И у каж­дой группы «ответчиков» — своя правда. Но, пожалуй, всегда она будет неполной.

Сегодня как никогда сложнее стать «взрывателем». Почти — невозможно. Особенно в том случае, если рассматривать детскую литературу Беларуси, создава­емую на русском языке. Причина еще и в том, что творчество целого ряда русско­язычных детских писателей, работающих в Минске, Гомеле, Гродно, прочих городах и весях нашей республики, а ныне — суверенной страны, как-то молча­ливо обходилось стороной. Гродненский детский писатель Виктор Кудлачев почти никогда не рецензировался. Сергея Мосияша, жившего в Гомеле, тоже критика не баловала вниманием. И чаще его издавали в Москве, чем в Минске. Галина Фёдо­рова дождалась своей «белорусской» книжки благодаря стараниям гомельских библиотекарей. Есть, правда, более счастливые писательские судьбы — Михаил Герчик, Владимир Машков.

Активно начал издаваться (и даже переиздаваться) в последние годы минский литератор Валерий Кастрючин. На фоне повального увлечения (и русскоязычных, и белорусскоязычных) детских писателей поэтическими разговорами с юным читате­лем на любые темы его природоведческая проза, его рассказы и сказки о животных и птицах являются настоящим глотком лесного воздуха после удушливого город­ского чада. Нет, стихотворения, считалочки, загадки ни в коей мере не могут быть «городским чадом». Не об этом речь! Разговор — о книге В. Кастрючина «Чудес­ные острова».

Первая часть повествования, в котором в единое целое объединились десять рассказов с разными сюжетами, — «А лес шумит». Почему в этом, скажем так, сборнике рассказов мне видится определенного рода целостность? Причина, наверное, в художественных принципах, авторской позиции, манере изложения разнообразного жизненного материала. Автор знает то, о чем пишет, убежден, что с животными, птицами и вообще природой следует жить в добрососедстве, мире и согласии. Совенка Чипа, которого подростки выменяли за марку индийскую и линзу, нельзя не любить, хотя он и «клювом — щёлк! — чуть за палец не цапнул». Но вовсе не потому цапнул, что сердитый, а всего лишь голодный. Приключения, происходящие с Чипом, совсем не хитрые. Но тем и интересно жизнеописание раненой птицы, что похожие истории могут произойти не только у Сережи с бра­том, а и у каждого из мальчишек, у каждой из девчонок. Разве только жить для этого надо в деревне. Тогда многие радости и сюжеты из повседневных будней станут более близкими и понятными. Или хотя бы на каникулы следует в деревню к дедушкам и бабушкам ездить. Ну, а если книжка окажется под подушкой у юного читателя, который из города только на две недели на отдых выбирается, — тогда что делать? Думаю, что стоит помечтать, немножко пофантазировать, представить себе, что можно наяву или хотя бы во сне совершить увлекательное путешествие в гости к своим сверстникам, вместе с ними на рыбалку сходить, в лес по грибы наве­даться. Даже в схватку с браконьерами можно вступить. И неважно, что силенок у вас немного, главное — иметь доброе сердце, быть честным и справедливым. Даже тогда, когда случаются нехорошие истории. Как, например, у Виньки и его друзей в рассказе «Ружье».

Валерий Кастрючин не создает многоплановых композиций. Писатель расска­зывает о близкой и знакомой ему жизни. Типажные зарисовки, динамика событий, свободный переход от рассказа о животных к рассказу о людях — все это вместе взятое создает увлекательную картину. Иногда даже кажется, что он идеализирует своих в общем-то главных героев — зверюшек и птичек. Но это так только кажется на первый взгляд. Тонкое художественное чутье, острое природоведческое зрение помогли автору усвоить и изложить законы природного обустройства, которые уже доказаны учеными. После знакомства с «Чудесными островами» прочитал в книге Николая Йвчева и Константина Старчева «Удивительное поведение животных»: «Вплоть до нашего столетия (книга издана в 1978 г. в переводе на русский, а на болгарском в 1976-м. — А. К.) большинство ученых придерживалось мнения, что животные, как и человек, способны ставить задачи, осмысливать и комбинировать их решения. Считалось, что они могут противопоставить себе и своим действиям действия других живых существ. Но при этом считалось, что человеческие чувства, сознание и ум имеют самый высокий уровень развития, а у животных они не раз­виты, примитивны. Позже была доказана ошибочность этих представлений. Дей­ствительно, разум человека и психология животных имеют коренные отличия, они формировались на различной основе. Но в ряде отношений животные опережают человека по той причине, что некоторые их чувства острее, чем у человека. Насе­комые кроме ультрафиолетовых лучей могут воспринимать и инфракрасные. Мно­гие животные (например, собаки) воспринимают четверть тона в музыке, летучие мыши и дельфины отлично воспринимают звуки высокой частоты, а химическая чувствительность некоторых животных, т. е. их органы обоняния и вкуса, развиты значительно сильнее, чем у человека. Но и дельфины, и обезьяны воспроизводят лишь звуки-сигналы, они не могут с помощью звуков создавать образы и понятия. А без этого не может быть мышления. Орган речи (горло, язык и зубы) у человека и человекообразной обезьяны сходны анатомически, но обезьяны не способны к общению с помощью членораздельной речи. Они имеют свой мир, для них трудно передавать информацию посредством звуковой символики речи, хотя обезьяна, как и собака, может понять, в какой-то мере, о чем мы говорим».

Герои книги В. Кастрючина — люди и животные — находят взаимопонимание. Проявляется своеобразная интонация, в которой и содержится связующая нить. Иногда мальчишки, главные персонажи рассказов, собранных в разделе «А лес шумит…», ошибаются, совершают проступки. Но потом сами или вместе со взрос­лыми пытаются повернуть ситуацию обратно. И сразу другими становятся дети, начинают понимать, что значит обидеть собаку, почему так трепетно относится к аистам Прокопыч — герой рассказа «Ружье».

Вторую часть книги составляют лаконичные этюды под общим названием «Чудесные острова». Точнее: этюды объединены в четыре новеллы — «На остро­ве Белом», «На острове Зеленом», «На острове Красном», «На острове Золотом». Каждая новелла — об отдельной поре года. «На острове Белом» — зима. И даль­ше — весна, лето, осень… «Чудесные острова» — своеобразный календарь года. Каждую новеллу открывает яркое предисловие к этюдам. А вот что пишет В. Кастрючин о своем замысле в целом: «.. .Чтобы увидеть их, не надо плыть на парохо­де или лететь на самолете.  Они — рядом с нами, эти острова. Попадешь на один — увидишь другой, а с другого — и третий… Чудесные острова! Зеленый — шумный и веселый. Тут звучит столько песен, что ни на одном концерте не услышишь! Будто Орфей — сказочный певец — живет здесь. Красный — весь из земляничных полян. Ягод и грибов на нем видимо-неви­димо. И тепло очень. Не то что на Белом. Но и Белый интересный. Хочешь узнать о нем? Тогда в путь!»

Отправившись в путь вместе с писателем, юный читатель не пожалеет. Откры­тий и теплых, запоминающихся встреч на этом пути будет немало. Автор, несмотря на всю краткость сюжета, лаконичность раскрытия той или иной темы, и мыслей, и героев дарит немало. И образы, сравнения, краски для повествования выбирает настолько яркие, что их просто нельзя не запомнить. Березовые веточки — это ледя­ные пальцы. Дятлы на сосне устраивают «кузницу», а мыши под сосной — «мель­ницу». Календарь художественных наблюдений за порами года дарит читателю настоящие чудесные открытия. Оказывается, у говорливого ручья есть хрустальные башмачки. Правда, к вечеру мороз их может догнать, как бы они ни спешили, и отнять у ручья. Дождик, как выясняется, имеет в лесу самого благодарного слушате­ля — ежика. А у бельчонка любимое занятие — грибы собирать.

Чтение новой книги В. Кастрючина «Чудесные острова» — это и серьезное занятие для взрослых. Писатель на фоне своих разговоров о природе, о взаимоотно­шениях детей с животными и растительным миром поднимает тревожные и непро­стые вопросы. В. Кастрючина волнуют оскудение духовного мира, пустопорожние разговоры, иждивенческие настроения. Прозаик помогает своим героям, а значит, и читателям, найти твердую моральную позицию. Так является ли творчество Валерия Кастрючина, его, художественные убеждения «взрывателем»? Пока не знаю. Оценки дадут читатели. Но уже сегодня очевидно одно: на помощь писателю должны прийти отечественные издатели, отечественные библиотекари, пропаган­дисты книги. Согласитесь, на рынке современной детской книги не так и много произведений добрых и светлых.

Автор рецензии: АЛЕСЬ КАРЛЮКЕВИЧ, журнал «Неман», 2008 г.


 

Валерий Кастрючин. «Лесное дитя». Рассказы о животных. Для детей младшего школьного возраста. Минск, «Издательский дом «Звязда», 2013

ld

Вачамi анела

XXІ стагоддзе… Час інавацый, інтэрнэту. Цяпер наўрад ці прымусіш вучня малодшых класаў узяць і пачытаць якую-небудзь кнігy. Лепей даць цацку у pyкі і зрабіць выгляд, што так і патрэбна выхоўваць… Але ж ці навучаць гэтыя цaцкі чалавечнасці… А ці спрабавалі вы знайсці ў cваім раскладзе, у сваім шчыльным графіку некалькі гадзін, каб проста cecці і пачытаць разам з вашым дзіцём? А вы паспрабуйце. І раю пачаць з кнігі Валерыя Кастручына «Лясное дзіця». Яна нагадае пра ўласнае маленства, свавольствы, дапаможа быць з вашым малым на адной хвалі.

Галоўным героем выдатнай кніrі для дзяцей з’яўляецца сам аўтар, а дакладней, аўтар у мінулым, зуcім яшчэ маленькі і неспрактыкаваны жыхар гэтай планеты. Ён паступова адкрывае для сябе велізарны і казачны навакольны свет, свет жывой прыроды. Хлопчык весела распавядае пра свае прыгоды у свеце дзяціства, радуецца і засмучаецца, прыходзіць у захапленне, спрачаецца, разважае. Падчас свaіx даследаванняў дзіця пaдapoжнічae ўнутры і звонку дома, глядзіць па баках, слухае размовы дарослых людзей, усёй душой yбіpae ў сябе жыццё. Думаю, не толькі дзецям, але і мнoгім бацькам кнігa прыйдзецца да душы. Яна — пра нас з вамі…

Кожны аповед — гісторыя, якая вучыць шанаваць, берагчы, любіць прыроду, навакольнае асяроддзе. Апавяданні даюць зразумець, наколькі тонкая мяжа паміж прыродай і душой чалавека. Дрэнныя учынкі герояў эмацыянальна афарбаваныя, дзіця адразу зразумее, калі галоўны герой паступіў сапраўды непрыгожа, і засвоiць, што так нельга рабіць.

Але кнігa вучыць і бацькоў, напрыклад, не муштраваць дзяцей, часцей дараваць дробныя бяскрыўдныя свавольствы.

Мастак Віталь Дударэнка аздобіў апавяданні выдатнымі малюнкамі — радаснымі і сонечнымі. Яны з’яўляюцца як бы працягам сюжэта, зліваючыся з тэкстам у адно цэлае.

Кнігa «Лясное дзіця», якая пабачыла свет у Выдавецкім доме «Звязда», ста­не выдатным падарункам для хлопчыкаў і дзяўчынак. І усё ж я раю і дарослым прачытаць гэты твор і знайсці ў ім нешта сваё. Я знайшла.

Усведамленне, што прырода — гэта дар, які мы проста абавязаны берагчы, прыйшло да мяне у дзяцінстве. Але я, прачытаўшы гэтыя немудрагелістыя апавяданні, вызначыла для сябе галоўнае: успаміны пра дзяцінства і мары не cцepці, бо гэта — самае дарагое у жыцці. І час ад часу ўсё ж патрэбна глядзець на свет вачыма анёла.

Дзякуй за гэты напамін Валерыю Кастручыну…

Автор рецензии: Наталья Хартанович, «Літаратура і Мастацтва», №30, 2013г.


 

Валерий КАСТРЮЧИН. «Чудесные острова». Рассказы, лирические миниатюры и сказки. Минск, «Юнацтва», 1986 г.

chudostrМожно только приветствовать появление книг, отпочковывающихся от той вечнозеленой ветви литературы для детей и юношества, которую взрастили еще Э. Сетон-Томпсон и М. Пришвин.

Тем более, сейчас, в наше поспешное время, когда «родственного внимания к живому» явно недостает.
Можно только радоваться появлению книг, написанных органичным, ясным и выразительным языком, без всяких выкрутас и захламленности.

Тем более, сейчас, когда слишком уж часто, торопясь выговориться, мы выказываем непростительное пренебрежение словом, его оттенками, цепкой смысловой и интонационной связью с другими словами, глубоко дышащей речью, наконец.

Мне положительно понравилась книга молодого прозаика Валерия Кастрючина «Чудесные острова». Составленная из рассказов, сказок и миниатюр, она тем не менее цельна, потому что согрета «душевной  мыслью» о взаимосвязи всего живого, потому что написана рукой доброй и уверенной, которую не «подтолкнешь». Вещи в два десятка страниц и вещицы в три строчки – все они о природе, о месте человека в одухотворенной природе, и разговор ведется доверительный, ненавязчивый, с завидным уважением к собеседнику.

Я сразу обмолвился, что В. Кастрючин примыкает к тому привлекательному ряду писателей, что открывается Сетон-Томпсоном и Пришвиным и продолжается В. Бианки, Н. Ильиной, А, Жабинской, Ю. Курановым и другие. Его рассказы тоже скромны, просты, в них нет бьющих по глазам озарений, но ведь известно, какой сердечный труд кроется за этой кажущейся простотой. В. Кастрючин поклоняется природе, но не как язычник-анимист, а как современник своего века; он любит людей, но не сюсюкает, не размазывает слез по лицу, не бьет себя в грудь на площади. Посмотрите хотя ты такие его рассказы, как «Жук – старый пес», «Коська», смешливую, окрашенную добрым юмором «Кутору» или грустью – «Ландыши».

Вот милая вещица «Хитрый паучок»:
«Он очень хитрый, этот паучок. Солнышко пригреет – вылезет из щелки в оконной раме. На подоконнике солнечные ванны принимает. Спрячется солнце за облако – он снова в щелку. Вот так и живет. И так будет до тех пор, пока не исчезнут утренние морозы и не установятся по-настоящему теплые весенние деньки. Тогда паучок навсегда покинет свою уютную квартирку и поселится на даче – в саду.»

А вот миниатюра-сказочка «Певец», приведу ее тоже полностью, потому что добавить здесь нечего, а проще не скажешь:
«– Ба! Кто это так славно поет-свистит в кустах? Иволга?
– Не-а!
– Скворец?
– Не-а!
– Дрозд?
– Не-а!
– А кто?
– Это я, Кувшин!
– Кувшин?.. Какой кувшин?
– Обыкновенный – глиняный. У меня дна нет, потому меня и выбросили. А ветер дует в мое горлышко – я и пою себе. Целый день. И как скворец, и как иволга, и как дрозд, и как кувшин, конечно.
– А про что ты поешь, Кувшин?
– Да про жизнь свою разбитую, никому не нужную».

«Дачник»-паучок и никогда не теряющий присутствия духа, простодушный и лукавый «весковый дядька»-кувшин – ведь все это про нас с вами и про то, что вокруг нас… И именно вот так сложено большинство вещей, составляющих сборник «Чудесные острова». Паучки, кувшины, дождики, грибы, мальчики и девочки, добрые взрослые и не очень-то добрые (но таких Кастрючин органически не переваривает, и они ему удаются неважно, он явно брезгует писать о них. И потому пакостных людишек во всей книге – раз-два и обчелся), – так вот, зверушки, птицы, облака и травы, взрослые и дети – все это персонажи кастрючинской прозы. И всяк наделен своим, неповторимым характером.
И светом разлита по страницам сборника мысль о коммунистичности природы – ведь она для всех. А коль так, то кому же печься о ней, беречь ее, как не юному читателю, которому главным образом и адресованы «Чудесные острова».
Я искренне порадовался за язык В. Кастрючина. О нем, кастрючинском языке, можно судить уже по приведенным здесь крохотным рассказам. И все же я не удержусь от нового цитирования – часто ли мы встречаемся с письмом естественным, чистым, богатым деталями и словами? Примеры можно было бы брать наугад, но я не стану лукавить – эти я все же выделил среди других:

«Коська (косуленок. – В.К.) сразу решил обследовать двор. Обследовать – это, значит, обнюхать. Он обнюхал дрова, аккуратно сложенные в стенку возле сарая, рассохшийся бочонок из-под огурцов, сани, летнюю глиняную печку с трубой, черной от сажи. Золотые одуванчики, что росли у забора, – тоже понюхал. Черный, влажный носишко у Коськи сразу стал желтым от пыльцы. Пыльца попала и в ноздри, и Коська, смешно сморщившись, здорово-таки чихнул.
Потом он подошел к крыльцу и стал ждать, когда появится тетя Вера с синей кастрюлькой в руках. В кастрюльке молоко и хлебушек – такой вкусный! Ждал, ждал и вдруг увидел Мурзика. Кот как раз спустился по лестнице с чердака, где ловил мышей, и, жмурясь от яркого солнца, важно разлегся на ступеньке.
Конечно же, Коське сразу захотелось познакомиться с одноухим жильцом чердака, и он, будто ненароком, эдак бочком, бочком побошел к Мурзику.
Но Мурзик был ужасный невежда: он ни с кем не желал знакомиться. Вот и сейчас очень рассердился и принял угрожающий вид: спину изогнул, хвост поднял трубой, даже коготки выпустил. Попробуй, подойди к такому!..»
«Наступила осень. И оттого, наверно, что солнышко теперь все реже и реже показывалось на небе, – солнечные зайчики –  пятнышки на спине Коськи – совсем пропали».
«Примерзшая к небу луна, окруженная радужным облачком, ярко светила и озаряла голубым светом каждую полянку в лесу».

Не правда ли, хорошо? И, мне кажется, не след рецензенту особо распространяться о достоинствах кастрючинского языка, толковать о вещах  очевидных, самих говорящих за себя. Хочу лишь заметить, что В. Кастрючин смело вводит в свою речь такие славные, полузабытые даже россиянами слова, как «хорониться» (в смысловом значении – спрятаться от  кого-то), как «разжиться» (чем-то) и т. п.

Теперь о выловленных «блошках». Их, к счастью, совсем немного, но некоторые все же заслуживают быть малость обсыпанными ДДТ.

Флажки на волчьем обкладе действительно  традиционно красные. Красные для нас, но не для волка – волк, как и собака, цвета не различает, что, однако, следует из текста…

В отличном рассказе «Жук» собаке грезится миска с горячим супом…

Дважды в книге облака шагают. Никак не могу представить себе этого…
Психологически точный рассказ о детской неосознанной жестокости «Ружье» заканчивается фразой: «Больше я никогда не поднимал руки ни на одну птицу, ни на одну зверюшку. В моем сердце до сих пор живет птица из детства». Во многих же других рассказах лирический герой, уже взрослый, на охоту ходит. Не знаю, право, как тут быть, ведь рассказы-то собраны под одной обложкой…

Нарочитым показался мне рассказ «Выстрел». Автору изменяет здесь выдержка, меняется даже словарь, много «сильных», «говорящих» слов.

Общий вывод, полагаю, очевиден: «Чудесные острова» – это книга способного, думающего и душевного писателя.
И на его добро юный читатель ответит добром – на прилавках книга не залежится. Да и душа взрослого отзовется.

Автор рецензии: Владимир КУДИНОВ, 1985 г.